[«Меланхолическая серенада»] «Sérénade mélancolique»

Для скрипки с оркестром или фортепиано.
B-moll. Op. 26. ЧС 58. Посв. Л. С. Ауэру. Andante, 3/4 [208 т.].
Состав: Vl. solo; оркестр: 2 Fl., 1 Ob., 2 Cl. (B), 2 Fg., 4 Cor. (F), Archi.
Время и место создания: январь — февраль 1875, Москва; датируется на основании письма Чайковского к М. И. Чайковскому [ЧПСС V № 391: 395].
Первое исполнение: 16/28 января 1876, Москва. Седьмое симфоническое собрание ИРМО, солист А. Д. Бродский, дирижер Н. Г. Рубинштейн.
Первое издание: М.: П. Юргенсон [1876, 1879].



1. История создания

2. Прижизненные исполнения

3. Характеристика произведения

4. Картина «Меланхолия» в доме Чайковского

Источники


1. История создания

Единственное авторское свидетельство о работе над «Меланхолической серенадой», относящееся ко времени создания пьесы, содержится в письме композитора к брату Модесту от 13/25 февраля 1875 года из Москвы: «Страшно устал. Кончил свой фортепианный концерт и уже написал скрипичную пиэсу, обещанную Ауэру» [ЧПСС V № 391: 395]. Несмотря на предельную краткость, приведенный фрагмент значим в информационном отношении. Из него известно, что сочинение создавалось для скрипача Л. С. Ауэра. Сам Ауэр впоследствии вспоминал, что познакомился с Чайковским у Н. Г. Рубинштейна в январе 1875 [П. И. Чайковский в воспоминаниях 1913: 5]. По-видимому, тогда же и возникла идея нового скрипичного сочинения. Была ли это просьба скрипача или же инициатива композитора, неизвестно. И Ауэр мог просить Чайковского написать для него концертное сочинение, и композитор, заинтересованный в расширении круга исполнителей собственных произведений, мог обещать знаменитому исполнителю сочинить для него пьесу.

«Меланхолическая серенада» посвящена Ауэру. Это посвящение напечатано во всех экземплярах прижизненных изданий. Известно намерение П. И. Юргенсона снять посвящение при одном из переизданий «Меланхолической серенады», возникшее в связи с обидой Чайковского на Ауэра, отказавшегося играть его Скрипичный концерт [письмо Юргенсона к Чайковскому от 19–20 декабря / 31 декабря 1881 — 1 января 1882; ЧЮ 1 № 332: 317]. Однако оно осталось не исполненным.

Картина прижизненных изданий «Меланхолической серенады» свидетельствует, что эта пьеса была одним из самых известных и востребованных сочинений Чайковского при его жизни. Первым изданием «Меланхолической серенады» стал выпуск фирмой Юргенсона комплекта оркестровых голосов с приложением партии солирующей скрипки в феврале 1876. В апреле того же года увидело свет переложение для скрипки и фортепиано. Оба издания вышли солидными тиражами, что, вероятно, было вызвано большим успехом сочинения после первого исполнения (см. ниже): 650 экземпляров — оркестровые голоса, 1050 — переложение для скрипки и фортепиано (сведения из неопубликованного «Хронологического каталога сочинений П. И. Чайковского, изданных бывшей фирмой П. Юргенсон (1868–1918)», составленного Н. М. Шеманиным (ГМЗЧ. дм3. № 186).

Оркестровая партитура «Меланхолической серенады» была опубликована в ноябре 1879 тиражом 200 экземпляров. В подготовке этого издания участвовал сам композитор [ЧЮ 1 № 157–160, 162, 165: 152–154, 157, 159]. В дальнейшем партитура «Меланхолической серенады» перепечатывалась Юргенсоном без изменений вплоть до национализации издательства в 1918 году. Напротив, издания сочинения в варианте для скрипки и фортепиано существенно различаются между собой [Komarov 2017: III–V, 11–14].

2. Прижизненные исполнения

Первое исполнение «Меланхолической серенады» состоялось в Москве 16/28 января 1876 года в Седьмом симфоническим собрании ИРМО. Солировал А. Д. Бродский, дирижировал Н. Г. Рубинштейн. Ауэр сыграл ее несколько позднее — 6/18 ноября того же года в Санкт-Петербурге. И само сочинение, и скрипач были отрицательно оценены Н. П. Карцовым, который писал: «“Меланхолическая серенада” Чайковского (в I-й раз) была сыграна г. Ауэром так же не блистательно, как самое сочинение незначительно <…> она слишком растянута и выиграла бы от сокращения» [Карцов 1876].

Позднее «Меланхолическую серенаду» исполнял С. К. Барцевич, сначала 8/20 сентября 1878 года в Третьем Русском концерте на Всемирной выставке в Париже под управлением Н. Г. Рубинштейна, затем с ним же 1/13 декабря того же года в Пятом симфоническом собрании ИРМО в Москве.

Произведение вошло и в репертуар П. Сарасате, о чем Юргенсон сообщал Чайковскому 21 ноября / 3 декабря 1881: «Я <…> молчал, обещаясь тебе передать о пламенном желании Саразате видеть тебя в феврале в Риме. Твою Серенаду меланхолическую он часто играет» [ЧЮ 1 № 328: 311]. Из письма Чайковского к Юргенсону от 24 августа / 5 сентября 1879 года известно, что на экземпляре сочинения в изложении для скрипки и фортепиано, принадлежавшем скрипачу, композитор сделал некие пометы [Там же № 165: 159].

Следует упомянуть и об исполнении «Меланхолической серенады» 6/18 апреля 1886 года в Тифлисе в присутствии автора. Под управлением М. М. Ипполитова-Иванова пьесу сыграл польский скрипач К. К. Горский, ученик Ауэра.

Сам Чайковский дважды дирижировал ей: 5/17 апреля 1891 в Париже (солист — И. Вольф) и 2/14 января 1892 в Варшаве (солист — С. К. Барцевич).

Уже при жизни композитора «Меланхолическая серенада» заняла прочные позиции в скрипичном репертуаре. С конца XIX века она исполняется всеми выдающимися скрипачами.

3. Характеристика произведения

Небольшой вступительный раздел (т. 1–10), порученный сопровождающей партии оркестра или фортепиано, вводит в образную атмосферу сочинения, обозначая два эмоциональных полюса. Сначала в Des-dur в высоком светлом регистре как символ радостной надежды звучит мотив середины первой части пьесы. Резким контрастом в сопоставлении тот же мотив проводится в b-moll, в среднем, а затем нижнем регистрах, готовя основной тон лирического высказывания всей пьесы.

«Меланхолическая серенада» написана в форме малого рондо, форма главной темы — трехчастная песня (т. 11–70). Скрипка вступает на фоне протяжных аккордов в среднем регистре и staccato / pizzicato басов, создающих ощущение гулкого, открытого пространства. Мелодия, согласно авторской ремарке, звучащая на струне «соль» с ее грудным тембром, удивительно напевна, элегична.

Она передает настроение светлой, благородной грусти, поэтического воспоминания. Это не песня, а, скорее, печальное речитативное высказывание, по интонации близкое знаменитому «Andante cantabile» из Первого квартета.

Середина главной темы вносит неожиданное просветление (т. 38–59): тональность меняется на Des-dur, темп становится более оживленным (Pochissimo più mosso), пунктирные мотивы мелодии передают состояние порыва, мольбы, настойчивого желания. Возникает полифоническая перекличка скрипки и оркестра, в которую вовлекаются и начальные интонации; затем появляются восходящие ходы, которые будут играть значительную роль в художественной концепции целого, диалог оживляется. Небольшая каденция скрипки (т. 56–59), в которой явственно проступают контуры начала темы побочной партии будущего Скрипичного концерта возвращает к исходному состоянию.

Звучание внутренней репризы главной темы (т. 59–70) более прозрачно: мелодия в партии скрипки перемещена на октаву вверх. Однако ее колорит омрачен остинатным повторением в среднем регистре в аккомпанементе пунктирного мотива из середины главной темы, словно символизирующего роковое начало.

Средний раздел пьесы — экспрессивное, речитативное высказывание скрипки (авторская ремарка: «Più mosso agitato un poco rubato») (т. 72–130). Мелодия побочной темы ширится, стремится вверх, достигает экстатичности выражения в новом мотиве декламационного характера, появляющемся в т. 97. Отметим его интонационное сходство с темой побочной партии I части Шестой симфонии. Развитие этого мотива приводит к главной кульминации произведения, в которой он звучит на fortissimo в партии солирующей скрипки октавами в высоком регистре (т. 113–120). Напряжение чувств достигает предела, но быстро спадает. Средняя часть завершается грустной каденцией скрипки на pianissimo (т. 130).

Реприза главной темы после пронесшейся бури душевных переживаний драматизирована. Колышущиеся фигурации флейт в верхнем регистре создают ощущение нереальности, отдаленности образа-воспоминания. Мелодия потеряла часть своего былого напряжения, остроты печали, но приобрела оттенок беспокойства, тревоги, благодаря триольному пульсу сопровождения. В т. 143–152 она звучит особенно выразительно на фоне восходящего поступательного движения четвертями (от Fдо f3).

Во внутренней репризе главной темы мелодическая линия впервые передана партии сопровождения (т. 177–187). Ее сопровождают краткие восходящие гаммообразные мотивы солирующей скрипки, повторение которых на crescendo приводит к местной кульминации (forte, т. 184–186). Полнозвучие длительно истаивает в последующих т. 187–193.

В коде пьесы как луч надежды кратко возобновляется вступление пьесы (т. 195–197, Des-dur). Печальные интонации основной темы на pianissimo завершают сочинение. Прекрасное видение промелькнуло как печальное воспоминание и исчезло, оставив в душе дорогой след.

В небольшой пьесе Чайковский сумел воплотить удивительно масштабное драматическое содержание, огромный диапазон чувств, контрастных состояний души, дал подлинно симфоническое развитие образов. В этом отношении одним из предвестников сочинения можно считать знаменитую «Легенду» Г. Венявского (op. 17, 1859), которую композитор высоко ценил [письмо Чайковского к Н. Ф. фон Мекк от 10/22 марта 1880; ЧАПСС XVII-А ЧМ 3 № 503: 348]. С другой стороны, «Меланхолическая серенада» ознаменовала и внутренне зреющие «подступы» Чайковского к будущему Скрипичному концерту, лирической сфере его II части.

4. Картина «Меланхолия» в доме Чайковского

В течение многих лет с «Меланхолической серенадой» связывалось создание картины «Меланхолия» («Mélancolie») и ее появление в доме Чайковского. До наших дней она висит над кроватью композитора в мемориальном доме в Клину (ГМЗЧ. г1. № 82. КП 28075/80). Историю картины со слов М. И. Чайковского изложил Н. Т. Жегин в статье «Дом Петра Ильича Чайковского в Клину» [Жегин 1920: 83–84]. Согласно этой версии, картину «Меланхолия» композитору подарила незнакомая дама после концерта из его произведений, состоявшегося в Берлине в 1888 году: «Я слышала вчера вашу серенаду… Возьмите мою Меланхолию, — я больше ничем не могу отблагодарить Вас за Ваш вчерашний концерт» [Там же: 84].

Однако приведенное описание событий противоречит известным документам. О картине, ее авторе и о том, как она в действительности попала к Чайковскому, известно из писем к нему Котека, написанных в 1879 году [Вайдман 2003: 351]. Как было установлено в 2012, картина «Меланхолия» создана Анной Фернов, берлинской знакомой скрипача. Летом 1879 года картина была отправлена Чайковскому через Котека. В письме от 8/20 июля последний спрашивал, получил ли Чайковский картину от мадемуазель Фернов? Ответное благодарственное письмо Чайковский написал лишь 24 ноября / 6 декабря, находясь в Берлине:

«Мадемуазель! Позвольте мне поблагодарить Вас со всей искренностью за очаровательную картину, которую Вы были столь добры передать мне через нашего общего друга. Я счастлив, что мое произведение вдохновило Вас на создание этой превосходной картины, которая отныне будет главнейшим украшением моего скромного жилища. Однако пусть как можно реже Вас посещает хоть и сладкая, но все же печальная прелесть меланхолии, и пусть в Вашем сердце всегда царит радость без печали! Это желание Вашего покорного и благодарного слуги. П. Чайковский» [Вайдман 2003: 349, оригинал письма на франц. яз., перевод Л. З. Корабельниковой].

По наблюдению П. Е. Вайдман, в приведенном письме заметны некоторые отголоски неизвестного сопроводительного письма, приложенного к картине: Чайковский упомянул посредника (Котека), через которого была передана картина, отреагировал на пояснения относительно ее содержания, меланхолического настроения, а также ответил Фернов на ее впечатления от его музыки [Там же: 351]. Исследователь считает возможным, что содержание письма было близко к тому, что рассказал Жегин [Там же], но, поскольку в ответном письме Чайковский не привел какое-то конкретное название, невозможно утверждать, что именно «Меланхолическая серенада» вдохновила Фернов на создание картины «Меланхолия». Вместе с тем, достоверно известно, что Котек играл эту пьесу с членами семьи Фернов, и художница могла хорошо ее знать [Там же: 352]. Поэтому нельзя вовсе исключить предположение, что картина «Меланхолия» была написана под впечатлением от музыки Чайковского.


Источники

Прижизненные издания: партитура — М.: П. Юргенсон, [1879]; Hamburg: D. Rather, [ок. 1885]; оркестровые партии — М.: П. Юргенсон, [1876]; Leipzig: R. Forberg, [1878]; переложение для скрипки и фортепиано — М.: П. Юргенсон, [1876], [ок. 1885]; Leipzig: R. Forberg, 1876; Berlin: A. Fürstner, [1883]; переложение для фортепиано в 4 руки — М.: П. Юргенсон, [1893].

Публикация в собрании сочинений: ЧПСС 30(а) (партитура), редакция В. Рачковской (1949); ЧПСС 55(а) (переложение для скрипки и фортепиано), редакция И. П. Шишова и Н. М. Шеманина (1946).

Литература: ЖЧ I, II; ЧПСС V; ЧАПСС XVII-А ЧМ 2, 3; ЧЮ 1; Домбаев. С. 461–463; МНЧ. С. 319–320; Тематико-библиографический указатель. С. 417–418; Musikalisch-literarischer Monatsbericht über neue Musikalien, musikalische Schriften und Abbildungen. Lpz.: Verlag von Friedrich Hofmeister, Juni 1876, S. 129; Musikalisch-literarischer Monatsbericht über neue Musikalien, musikalische Schriften und Abbildungen. Lpz.: Verlag von Friedrich Hofmeister, Juli und August 1876, S. 163; [Карцов Н. П.] Петербургская музыкальная хроника // Музыкальный свет. 1876. № 45. 14 ноября. С. 371, 382 (подпись — C’est moi); Musikalisch-literarischer Monatsbericht über neue Musikalien, musikalische Schriften und Abbildungen. Lpz.: Verlag von Friedrich Hofmeister, April 1885, S. 91; П. И. Чайковский в воспоминаниях (Л. С. Ауэр, С. И. Габель, А. К. Глазунов, Ц. А. Кюи, А. И. Фрибус, Н. Ф. Соловьев, А. И. Зилоти) // Биржевые ведомости. 1913. № 13820. 24 октября. С. 5; Жегин Н. Т. Дом Петра Ильича Чайковского в Клину // ПРМ (1920). С. 83–84; Будяковский 1935. С. 203–204; Раабен Л. Скрипичные и виолончельные произведения П. И. Чайковского. М.: Гос. муз. изд-во, 1958. С. 18–25; Крауклис Г. В. Скрипичные произведения П. И. Чайковского. М.: Гос. муз. изд-во, 1961. С. 40–44; Туманина 1962. С. 448–449; Вайдман П. Е. Чайковский семья Фернов. История одной картины и неизвестного письма композитора // Альманах 2 (2003). С. 349–354; Komarov A. Vorwort, Bemerkungen // Tschaikowsky. Sérénade mélancolique. Opus 26. Für Violine und Klavier / hrsg. von Alexander Komarov, fingering Klaus Schilde, fingering vn. Ingolf Turban. München: G. Henle, 2017. S. III–V, 11–14.

Архивные документы, упоминаемые в статье: Шеманин Н. М. (сост.) Хронологический каталог сочинений П. И. Чайковского, изданных бывшей фирмой П. Юргенсон (1868–1918) (ГМЗЧ. дм3. № 186. КП 22827).


Редактор — А. В. Комаров

Дата обновления: 29.12.2020